От всей души поздравляя членов нашей общины и ее друзей с наступающим праздником Пурим, хочу особо подчеркнуть, что залог всех наших побед – и в прошлом, и в будущем – страх пред Всевышним, любовь к Нему и соблюдение дарованных нам заповедей. Для чего и обращаемся мы повседневно к нашей главной Книге.
Изучаемая на этой неделе глава«Тецавэ» («…вели? сынам Исраэйлевым») начинается с требования обеспечить «шатер собрания» чистейшим оливковым маслом для возжигания лампад семисвечника-меноры; затем приводится заповедь про посвящение в коэны (священнослужители) всех потомков Аарона, после чего великий Автор переходит к описанию специальных одежд, необходимых для Храмового служения. Такие одеяния еврейская традиция называет бигдей кавод (в переводе с иврита— “одежды, выражающие и вызывающие уважение”). А так как старая истина гласит, что от того, кто гонится за почетом, почет убегает, бигдей кавод по определению надевали лучшие из лучших, не запятнанные неуемной тягой к власти и испепеляющими душу карьерными помыслами, а конкретно – те, кому Всевышним была поименно дарована эта великая честь в изучаемой нами главе.
Особая роль одеяний, «выражающих и вызывающих уважение», не в пример нынешнему упрощенному отношению к одежде (согласно которому, свитер – это тёплая шерстяная одежда, которую надевает ребёнок, когда холодно его маме),
подчеркнута требованием Ашема привлекать к их изготовлению исключительно «мудрых сердцем», как и для строительства нашей главной святыни, Мишкана, в предыдущей главе.
Об одном из наиболее «мудрых сердцем» представителей нашего народа, к которому множество людей обращались за дельным советом, царе Шломо (Соломон и Сулейман в других религиях), существует немало легенд и преданий. Природный ум этого человека, наблюдательность и великая мудрость, дарованная Свыше, помогала ему разрешать самые сложные вопросы. Приведу здесь несколько советов его из книги «Мишлей» («Книга притчей царя Шломо»), раздел 6, актуальных во все времена и для всех народов:
6) Пойди к муравью, ленивец, посмотри на пути его, и сделайся мудрым; (7) Нет у него ни начальника, ни надсмотрщика, ни правителя; (8) Заготовляет летом хлеб свой, собирает во время жатвы пищу свою. (9) Доколе, ленивец, будешь спать? (10) Когда встанешь от сна твоего? Немного поспать, немного подремать, немного сложа руки полежать, – (11) И придет, как путник, бедность твоя, и нужда твоя, как муж с оружием.
…(16) Вот шесть, что ненавидит Г-сподь, и семь, что мерзость душе Его: (17) Глаза гордые, язык лживый и руки, проливающие кровь невинную. (18) Сердце, кующее злые замыслы, ноги, быстро бегущие ко злу, (19) Лжесвидетель, произносящий ложь и сеющий раздоры между братьями. (20) Сын мой, храни заповедь отца твоего, и не отказывайся от учения матери твоей;
***
Наших современников, привыкших к небрежности в одежде и зачастую выбирающих вещи для ношения по принципу собственного удобства, чтобы они были легки, прочны и не сильно мялись, обычно удивляет, почему столь много внимания, почти вся глава Торы, уделена подробному описанию одежд священнослужителей. Некоторые недоумевают: неужели для «почета и благолепия» (Шмот 28; 2) так важны непосредственно одеяния служителей Мишкана? Ведь те далекие времена прошли, нет на Земле нашего великого Храма, зачем нам знать, что и как надевали на себя далекие предки? И тем более, рассуждать на эту тему.
Но зная, что в Торе нет ни слова или буквы лишних, мы понимаем, что это прямое повеление Всевышнего, а не минутный каприз кутюрье глубокой древности, и в подобной подробности описаний одеяний коэнов несомненно таится свой глубинный смысл.
Лидер нашего поколения Любавичский Ребе в своих субботних беседах о главах Торы об этом говорил так: «Одежда священнослужителя должна быть чистой и новой, служение в грязной или порванной одежде считалось недействительным и наказывалось смертью.
«Не смотри на сосуд, а на то, что в нем находится», – говорит Талмуд устами ученого р. Меира. И тем не менее Тора уделяет внимание внешности человека – в частности, его одежде, и не только одежде священнослужителя. Вот что пишется об этом в Кодексе РАМБАМа: «Платье ученого – это красивое и чистое платье. Недопустимо, чтобы на его одежде было загрязнение или жирное пятно и тому подобное. И пусть не надевает он ни царского платья, как золотые или пурпурные одеяния, вызывающие всеобщее внимание, ни платья нищих, унижающего того, кто его надевает. Но его одежды должны быть обычными и красивыми. Тело его не должно просвечивать сквозь покровы, такие, как легчайшие льняные одежды, которые выделывают в Египте. Одежды его не должны волочиться по земле, как одеяния высокомерных… И пусть не надевает он многократно латанную обувь в летнее время, но в сезон дождей – можно, если он беден…»
В своде еврейских законов, «Шулхан Арухе», посвящен целый раздел даже не одежде, а порядку надевания ее.
В Талмуде приводится мнение, что человек должен заботиться о своей одежде значительно больше, чем о питании и жилище.
В кабалистической книге «Эйц Хаим» утверждается, что одеяние души в потустороннем мире ~ это ее добрые деяния в земной жизни. Поэтому под одеждой в Торе иногда иносказательно понимаются поступки человека. Грязные одежды – это недостойные и злые поступки, а чистые, белые одежды – это благодеяния. И об этом взывает царь Соломон в книге «Экклезиаст»: «Всегда пусть будут одежды твои белы».
Наверное, поэтому уже тысячи лет наши соплеменники соблюдают благородный обычай: из уважения к субботе и еврейским праздникам надевать в эти дни особую, красивую одежду, которая в будни обычно «отдыхает» на вешалке в шкафу. Причем стараются так делать везде и независимо от прочих обстоятельств. Ведь в нас от природы заложено стремление в такие дни вырваться из повседневности, усладить душу необходимым глотком святости, а тело – украсить парадной одеждой. Скажу как раввин, что нарядно одетые люди в центральном еврейском доме на улице Театральной, 27 меня всегда радуют. Значит, мы, несмотря на любые трудности и невзгоды, по-прежнему остаемся собой, бережем своих родных и близких, и помним, что двери общины всегда открыты.
