Мы уже говорили, что в трудах Любавичского Ребе часто используется метафора «туннеля», то есть состояние человека, попавшего со света в темноту или наоборот.
История еврейского народа свидетельствует, что на протяжении многих веков он блуждал по туннелям разной протяженности и освещенности. Здесь очень интересно определиться с тем, где, в какой точке своего туннельного маршрута мы находимся сейчас, но об этом впереди. Глава «Бегаалотха», которую мы изучаем на этой неделе, повествует о событиях, происходивших с нашими предками на второй год и второй месяц после великого Исхода. Когда два с половиной миллиона людей, покинувших египетскую тьму и ослепленные ярким светом свободы, еще не обрели нормального зрения,
В начале главы Г-сподь через Моше передает Аарону инструкцию, в каком порядке и как зажигать лампады в светильнике. Мы узнаем, что это устройство по требованию Всевышнего изготовлено из чистого золота путем чеканной обработки. Далее идут четкие указания по поводу очищения служителей Мишкана, в обязанности которых входит обеспечение деятельности Шатра соборного. Это очищение имело и чисто внешний (материальный), и духовный характер: «Возьми Лейвитов из среды сынов Исраэйля и очисти их. И так поступи с ними, чтобы очистить их: окропи их водою грехоочистительною, и пусть они проведут бритвой по всему телу своему, и вымоют одежды свои, и очистятся они». Бемидбар 7-8; 5:7.
Затем следуют указания о грехоочистительной жертве, которую с целью полного духовного очищения приносят левиты, и о том, что это должно происходить в присутствии всей общины Израиля. То есть формально, при всенародном стечении, вместо принесения Всевышнему первенцев, Ему в вечное распоряжение передается род левитов: «И выделишь ты Лейвитов из среды сынов Исраэйля, и станут Лейвиты Моими. После сего войдут Лейвиты служить при шатре соборном, когда ты очистишь их и вознесешь возношением. Ибо вполне отданы они Мне из среды сынов Исраэйля вместо первоплодия всякой материнской утробы, (вместо) первенца всякого из сынов Исраэйля взял Я их Себе». Бемидбар 7-8; 14:16.
Здесь надо подчеркнуть, что в жизни человечества всевозможные явления, относящиеся к категориям огня и излучаемого ним света, занимают особое место и содержат в себе глубокую символику.
Любавический Ребе любил рассказывать про своего предшественника Ребе РАШАБА, ответившего на вопрос про качества, присущие настоящим иудеям-хасидам:
– Хасид? – переспросил он. – Да он вроде того фонарщика, который идет и зажигает вокруг себя фонари, чтобы было светло. Теперь понял?
Судя по лицу задавшего вопрос, он вроде как понял, да не совсем.
– А знаешь, в чем тут секрет, – доверительно наклонился Ребе к собеседнику, как будто собираясь открыть ему особую тайну.
– В чем же? – поинтересовался тот.
– А в том, что когда ты зажигаешь один огонь от другого, то от первого при этом ничего не убавляется, – с этими словами Ребе откинулся на спинку кресла, и на этот раз его лицо выражало явное удовлетворение. – Зато второй начинает гореть сам, уже без всякой посторонней помощи.
– Таким и должен быть настоящий хасид, – заключил уже серьезно Ребе».
***
Понятия света и тьмы вызывают в душе каждого человека целую гамму противоречивых эмоций. Как говорится, отсутствие света бесит, зато наличие его в доме напротив — и того хуже: доводит до истерики…
Ученые утверждают, что если посветить фонариком в небо, то свет останется во Вселенной навсегда. А вот останемся ли мы – для многих трудный вопрос…
От слова «свет» недалеко до другого, более емкого понятия – «мироздание». Как в новости с недавнего экологического форума в Париже, где один самоуверенный президент дерзко заявил, что усилия его страны помогли затормозить глобальное потепление практически на целый год. И под смех зала нарвался на реплику оппонента из конкурирующей державы: А наша федерация вообще конец света сорвала!
***
Вернувшись к Светильнику Мишкана, обращу внимание читателя на то, что Мидраш посвящает теме Еврейского Духовного Огня значительное место. Так, Моше не сразу понял, зачем вообще в Святилище следует возжигать Менору, почему Ашем так строго предписывает делать это. Ведь всякий раз, входя туда, Моше обнаруживал, что Мишкан ярко освещен блеском Шехины (Божественного присутствия). Разве мог свет Меноры сравниться с тем сверкающим сиянием, что излучала Шехина?!
Ашем объяснял это так: "Беаалотха — возжигая Менору, ты духовно возвышаешься. Посему и даровал Я тебе эту мицву".
Другими словами, важнейшая особенность нашего духовного огня имеет, по меньшей мере, двоякий характер: яркий свет огней Меноры возвышает и того, кто зажигает его, и тех, для кого возжигается пламя светильника.
Согласно Мидрашу, Всемогущий, чтобы показать, что не нуждается в нашем свете, заповедал, чтобы три фитиля с каждой стороны от центра Меноры были наклонены в сторону срединной лампады, а не наружу.
Хотя Аарону и было разрешено возлагать обязанности по зажиганию Меноры на своих сыновей, он всю жизнь с величайшей точностью самолично выполнял эту мицву.
Например, чтобы возжечь Менору, он всегда поднимался на возвышение, хоть и был настолько высок, что мог бы достать до лампад, оставаясь на земле.
Эта мицва столь драгоценна в глазах Ашема, что она упоминается в Торе не один раз. (О ней говорится также в Шмот 27:20-21 и в Ваикра 24:1-4). И каждый раз наша Главная Книга сообщает о ней новые подробности.
Ритуал возжигания Меноры был настолько важен, что выполнялся не за один раз. Когда коэн чистил утром Менору, то вначале им очищались пять лампад, затем выполнялись другие служения, и лишь потом чистились две оставшиеся лампады. Таким образом, эта служба растягивалась, чтобы привлечь всеобщее внимание.
Со временем наша Менора приобрела качества, характеризующие ее не только как ритуальный предмет, появившийся на заре становления народа Торы, только сорвавшего с себя оковы рабства. Пришел день, когда это культовое устройство стало в глазах мировой общественности позиционироваться, как лицо, символ, а по-современному – подлинный бренд еврейства, как нации, несущей свет другим народам.
Отдавая себе в этом отчет и понимая, какие высокие обязанности накладывает такое знание на каждого еврея, мы сбережем себя и наших близких и не забудем, что нас ждут в синагоге.
