Реб Иосиф 1.jpgВ переводе с иврита слово «толдот», являющееся названием главы, которую мы изучаем на этой неделе, переводится как «родословная» и сразу вызывает ряд вопросов.

(25:19), говорится в первом же стихе, после чего следует подробное описание биографических данных выдающегося прародителя нашего народа. Между тем, в семи стихах, которыми мы завершали чтение предыдущей главы Торы в прошлую субботу, тоже шла речь о родословной, но только не Ицхака, а его брата, и это звучало аналогичным образом: «Вот родословная Ишмаэля, сына Авраама» (25:12). Исследователи наших священных текстов не могли оставить без внимания, что родословные братьев, хотя и расположены в Торе практически рядом, но отчего-то в разных главах. Что же стоит за этим?

Раввин Реувен Пятигорский объясняет:

 

 

 

 

Раши приводит объяснение этому из мидраша и Талмуда. Там сказано, что после того, что Писание сообщило нам: «… Ицхака, сына Авраама», оно должно было подчеркнуть: «Авраам родил Ицхака». Дело в том, что насмешники того поколения говорили – от Авимэлеха забеременела Сара, ведь жила она с Авраамом много лет и не беременела!?? Как поступил Всевышний? Творец сделал так, что лицо Ицхака было точной копией Авраама. Всем стало очевидно, что Авраам родил Ицхака. И об этом сообщает нам Тора, когда говорит, что Ицхак сын Авраама, поскольку было явное свидетельство, что «Авраам родил Ицхака».

 

Согласно этому комментарию, данная фраза Торы даёт нам абсолютное доказательство того, что Ицхак был сыном Авраама. Их лица были на удивление похожи. Настолько, что всякий видевший их понимал:? «Авраам родил Ицхака»!

 

 

 Есть мидраш, который объясняет это иначе: «Ицхак гордился Авраамом, а Авраам гордился Ицхаком». То есть, Тора хочет сказать, что Ицхак представлялся как «Ицхак, сын Авраама», а Авраам, в свою очередь, гордился сыном своим Ицхаком -? «Авраам родил Ицхака». Из пересказа беседы Ребе, опубликованного в «Ликутей сихот», т.3, стр.780

Здесь показательно, что даже тогда, тысячи лет назад, ничто человеческое не было чуждо нашим предкам, в том числе, гнетущие сомнения по поводу подлинности отцовства, что в наши времена проверяется достаточно просто – тестом на ДНК.

***

В предыдущих циклах изучения нашей главной Книги мы уже достаточно подробно разбирали отличия между братьями, которым было суждено стать прародителями разных народов. Каждый из них пошел своей дорогой, и не нам кого-то из них возвеличивать, а кого-то клеймить. Наше дело – точно определиться, с кого мы должны брать пример, и почему. Поэтому рассмотрим сегодня стихи, которые, на первый взгляд, не содержат сколько-нибудь серьезной информации, и в очередной раз убедимся, что нет в Торе ни лишнего словечка, ни лишней буковки. Поговорим, например, о поведении Ицхака на предоставленных ему землях Авимэлеха: «И сеял Ицхак в земле той, и получил в тот год во сто крат: так благословил его Г-сподь. И стал великим человек сей, и возвеличивался больше и больше, до того, что стал совсем великим. И были у него стада мелкого и стада крупного скота, и много прислуги; и завидовали ему Пылиштимляне. И все колодцы, которые выкопали рабы отца его, во дни Авраама, завалили Пылиштимляне и наполнили их землею». Брейшит, 26; 12:15.

Придет время, и представители высшего руководства страны, где ненавистный пришелец успешно преодолевает все трудности, обратятся к нему с вынужденным предложением:

«… мы видели, что Г-сподь был с тобою, и мы сказали: да будет взаимная для нас клятва, между нами и тобою, и заключим с тобою союз, Чтобы ты нам не делал зла, как и мы не дотрагивались до тебя, и как мы делали тебе только добро и отпустили тебя с миром». Брейшит, 26; 28:29.

В скобках заметим, что вся эта «миролюбивая» риторика следует после того, как Ицхаку всемерно пакостили, засыпая колодцы в безводной местности и всячески вытесняя с обжитых земель. Здесь прослеживается грустная закономерность, которая впредь будет неизменно преследовать наш народ: стоит нам только добиться каких-то успехов по сравнению с аборигенами, как мы становимся поначалу объектом зависти, а затем – и пришедшей на смену ей ненависти.

Кстати, обратили ли вы внимание на то, какое «добро» делали Пылиштимляне Ицхаку? Они отпустили его с миром и только. Вот вам добро по-филистимлянски! Остается лишь допустить, что всех, кто приходил к ним раньше, эти «гостеприимные» нелюди просто убивали. Тогда наш Ицхак, находившийся под протекторатом Небес, был ими действительно осчастливлен!

Все это так, но нас в большей степени интересует поведение праведника, промолчавшего в ответ на это и даже словом не упрекнувшего своих гонителей. Почему он повел себя именно таким образом, ведь ему уже стало ясно, что Авимэлех со своими прихвостнями не от хорошей жизни просят заключить с ними дружеский договор, а понимая, что могут пострадать от негожего отношения к человеку, опекаемому самим Всевышним?

Ответ на этот вопрос важен для каждого еврея, ведущего еврейский образ жизни и никогда не забывающего о своем предназначении на Земле. Наша вековая мудрость гласит: не спорить понапрасну и избегать требований справедливости от тех, кто к нам расположен не лучшим образом. Следует раз и навсегда понять, что такова природа многих наших нееврейских соседей. Зависть – это одно из четырех базовых чувств, затмевающее зрение даже у не самых глупых людей, и это нужно учитывать, выстраивая стратегию поведения с теми, кто нам, мягко говоря, не желает добра.

В известной басне о льве, которому журавль длинным клювом помогает вынуть кость из горла, поведение царя зверей, не откусившего голову своему спасителю, а отпустившего его на волю – уже большой нравственный подвиг, ибо он подвергает тем насилию свое хищное естество. Журавлю не надо от него никакой благодарности. Он сам готов ему сказать «спасибо» за то, что обрел волю!

В традициях нашего народа – никогда не требовать за свою деятельность каких-либо наград. Именно этому мы учимся у праотца Ицхака, обладавшего, благодаря Всевышнему, силовым потенциалом для борьбы с любыми врагами, но всегда стремившегося уладить дело миром, ибо у Избранного народа более серьезное и важное предназначение.

А мы, зная это, будем беречь себя и своих близких и помнить, что нас ждут в синагоге.