Одним из важнейших элементов празднования Песаха является Пасхальный Седер, обеспечивающий преемственность в еврейской педагогике, где учителя и ученики являются одним целым, объясняющим историческое бессмертие нашего народа.
Существует ряд вещей, которые всегда находятся в центре внимания любого человека. Например: медицина, политика, агрономия и педагогика. И каждый, независимо от уровня своего образования, имеет собственное мнение по этим вопросам.
Не так давно, на одном из официальных областных мероприятий я стал свидетелем любопытного разговора между двумя соседями, знакомыми мне разве что внешне, судя по всему, руководителями районного уровня.
Они жаловались друг другу на то, что их дети, как я понял, ученики старших классов, часто бывают предоставлены сами себе: родители на работе, школа после уроков сразу пустеет, и вообще, учителя от детей далеки безмерно…
– Разве так было раньше, – говорил один, – сколько нам уделяли когда-то времени и сил наши воспитатели, какие мы проводили интересные мероприятия, да мы же, по сути, жили одной семьей!
– Да, – соглашался другой, – нынче дистанция между взрослыми и детьми в наших школах, буквально, непреодолима. Это какие-то параллельные миры…
– Кстати, – обратился он ко мне, – сотрудница аппарата нашего районо, побывавшая на семинаре в вашей школе, рассказывала любопытные вещи. Интересно, а как у вас учителя и ученики: близки – или тоже?
Мне вспомнилась почему-то старая притча о некоем сыне короля, с которым случилось душевное расстройство, и он вообразил себя индюком: «Сбросил этот сынок с себя одежду и, совершенно голый, забрался под стол, где и стал жить, питаясь упавшими на пол крошками. И что с ним ни делали, никто не мог совладать с такой странной болезнью. Пока не нашелся один мудрец, предложивший властителю свои услуги. Король согласился и после не пожалел. Мудрец пришел во дворец, разделся, забрался под стол к принцу и, поклонившись, представился заезжим индюком. Они подружились.
Несколько дней спустя мудрец велел принести им одежду и стал, как ни в чем не бывало, одеваться.
– Что ты делаешь?- удивился принц, – мы же индюки. Ходим голые.
– Но ведь нет закона, который бы запрещал индюкам одеваться, – ответил мудрец и протянул ему одежду. Принц не нашел, что возразить, и оделся. А еще через пару недель мудрец велел подать им под стол сервированную по всем правилам трапезу.
– Ну, это-то зачем?- забеспокоился принц.
– К чему нам, благородным индюкам, питаться крошками со стола, когда можно есть по-королевски,- заметил мудрец, и принц, подумав, присоединился к пиршеству. Через какое-то время мудрец велел подать обед на стол. Уселся на стул и, предупреждая вопрос принца, сказал:
– А где закон, запрещающий индюкам садиться за стол? К тому же так намного удобнее. Попробуй, и убедишься сам!
Притчу эту я рассказывать не стал. Отметил только, что еврейские педагогические традиции тоже, безусловно, признают дистанцию между учителем и учеником, правда, с условием не переходить грань: с одной стороны – для достижения взаимопонимания, с другой – для обеспечения взаимоуважения. Конечно, достичь этого не просто, но вполне возможно: если наставник больше смотрит на своего подопечного, а не на свои часы. Возможно, поэтому наша школа работает полный рабочий день…
