Есть такая старая шутка. В город приезжает новый раввин. В первый же день приходят к нему евреи и спрашивают совета, как готовиться к зиме. Если зима будет холодной – надо уже сейчас дрова запасать, есть нет – можно подождать. «Холодно будет», – сказал раввин, – не потому, что умел предсказывать погоду, а просто чтобы евреи в любом случае не замерзли. Но потом он забеспокоился: «Вот я их предупредил о надвигающихся холодах – а вдруг зима будет теплой, я здесь человек новый, испорчу свою репутацию!..» Пошел раввин в бюро погоды и спрашивает: «Какую зиму вы ожидаете в этом году?» «Раннюю и суровую», – отвечает синоптик. «А откуда вы знаете?» – «Да вот, евреи уже дрова покупают…».
Смех – смехом, а моим соплеменникам действительно свойственна жизненная предусмотрительность. В эту концепцию легко вписывается поведение нашего первого учителя Моше в последний день его жизни.
Нередко слышишь вопрос: почему центральной темой завершающих глав Книги – является, по сути, продолжительное прощание Моше с поколением Пустыни, в виде неоднократно повторяющихся разъяснений Законов, полученных на Синае, и настойчивых требований их выполнять. Разве нельзя было раз навсегда твердо наказать это своим соплеменникам – а тут идут целые главы, тексты которых во многом повторяют содержание, известное нам из предыдущих частей Торы?
Дело, видимо, в том, что Моше слишком хорошо знает человеческую природу: со временем забывать ранее принятые на себя обещания. Тем более такие, которые даны в трудную минуту.
Надо сказать, что умение держать слово – это одно из качеств, свойственных по-настоящему порядочным и приличным людям, потому что надежное слово в жизни человека – сродни твердой почве под ногами, когда вокруг болото, на которое даже ступить страшно.
Любопытная деталь, социологический опрос на тему: «Каким бы был мир, если бы все люди отвечали за свои слова (или хотя бы пытались это делать)?», выявил общее мнение его участников: «Это был бы красивый и благородный мир, с открытыми и искренними взаимоотношениями между людьми, в котором не было места пустой болтовне и невыполнимым обещаниям, а также хитростям и лжи, когда слово беспринципных людей зачастую не стоит и выеденного яйца».
Тем труднее признать, что, при всей своей духовности и преданности Всевышнему, наши предки, вышедшие из Египетского рабства, неоднократно забывали, благодаря Кому обрели свободу. Отсюда и грехи тяжкие: идолопоклонничество и неверие, завершающиеся каждый раз неотвратимым возмездием.
Мог ли Моше, посвятивший всю жизнь великому служению, забыть про это в последние дни своего земного существования? Вот почему снова и снова наш добрый учитель пытается закрепить в памяти своего народа основные азы его избранничества.
***
Главы «Ницавим» и «Ваелех», изучаемые на этой неделе, согласно еврейскому календарю, почти всегда читаются вместе. Первая из них – одна из самых коротких в Пятикнижии. В ее двух начальных разделах Моше, обращаясь к людям, собравшимся, чтобы выслушать его последние слова, говорит: «Все вы стоите сегодня пред Б-гом вашим: главы колен, старейшины и стражники, всякий муж в Израиле. Младенцы ваши, и жены ваши, и пришелец, что в стане твоем: от дровосека до водочерпия. Чтобы вступить тебе в союз с Б-гом твоим и в клятвенный договор с ним, который Б-г твой заключает с тобой ныне. Дабы возвести тебя сегодня в народ Свой, а Он будет тебе Б-гом, как говорил Он тебе и как клялся отцам твоим – Аврааму, Ицхаку и Яакову. И не с вами одними заключаю я союз сей и клятвенный договор сей. Но и с теми, кто стоит здесь с нами сегодня пред Б-гом, и с теми, кого нет здесь с нами сегодня».
Попробуем эти стихи разобрать подробнее. Вот что в них видел лидер нашего поколения Любавичский ребе:
«Тора говорит языком сынов человеческих», – утверждают ученые в Талмуде. Поэтому лучше понять смысл и значение союза Вс-вышнего с Израилем можно, поразмыслив о сути союза, соглашения, договора, заключенного между людьми, группами людей, государствами. Правда, нынешние межгосударственные договоры и соглашения вряд ли заслуживают особого внимания. Поэтому рассмотрим союзы, заключаемые между собой честными людьми. Например, имевший широкое распространение в былые времена союз вечной дружбы. Тора упоминает такой союз, заключенный в Беэр-Шеве, между филистимским царем Авимелехом и праотцем Авраамом. От этого союза Беэр-Шева и получила свое имя, означающее – колодец клятвы. Несколько позднее в том же месте Авимелех заключил подобный союз с Ицхаком.
Мы знаем также, что Яаков заключил как бы договор о ненападении со своим тестем Лаваном: «И сказал Лаван Яакову: вот холм этот, и вот памятник, который я воздвиг между мною и тобою. Свидетель холм сей и свидетель памятник, что я не перейду к тебе за этот холм и что ты не перейдешь ко мне за этот холм и за этот памятник для зла». Случаи таких соглашений, союзов, братаний, имевшие более или менее значительные последствия, сохранились в памяти многих народов».
Продолжая тему соглашений и договоренностей, нельзя не отметить зыбкость того, что совершается во имя исключительно текущих интересов и не имеет под собой прочной основы. Возьмем, к примеру, знаменитый Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом, официальный документ, заключенныйпо всем действующим на тот час дипломатическим канонам. Достаточно было одной только первой статьи, со словами: «Обе Договаривающиеся Стороны обязуются воздерживаться от всякого насилия, всякого агрессивного действия и всякого нападения в отношении друг друга, как отдельно, так и совместно с другими державами», – чтобы уверенно рассчитывать на долгий плодотворный мир между высокими подписантами.
Но не успели еще, как говорится, высохнуть чернила на этой зряшной бумажке, как одна из сторон показала миру, как она «воздерживается от всякого насилия и всякого агрессивного действия», да так убедительно это продемонстрировала, что человечество недосчиталось к концу 1945 года более 57 миллионов несчастных жертв того лихолетья.
***
Союз, заключенный Моше в главе «Ницавим» с еврейским народом в последний день своей жизни, характеризуется целым рядом особенностей, обеспечивших его нерушимость и вечность, что доказали последующие тысячелетия. Во-первых, его главная направленность – не решение каких-то сиюминутных задач выживания освободившейся от рабства общины, а вневременное вечное служение Всевышнему, в чем клянется не группка лидеров или отдельных лиц, осознавших важность момента, а практически все исраэльтяне, начиная с руководства колен и кончая рядовыми гражданами всех возрастов и профессий.
В этот день клятву на верность Всевышнему дают не только евреи, но и все, примкнувшие к ним за долгие годы скитаний, разделившие убеждения Избранного народа и принявшие гиур. Но и это – не полный перечень тех, кто взял на себя ответственность неукоснительно соблюдать Законы Торы.
Вдумайтесь в заключительные слова: «И не с вами одними заключаю я союз сей и клятвенный договор сей. Но и с теми, кто стоит здесь с нами сегодня пред Б-гом, и с теми, кого нет здесь с нами сегодня». 29; 13-14.
Как никогда, они актуальны сегодня, потому что означают, что, начиная с поколения Пустыни, все последующие поколения еврейского народа, включая и нынешнее, и еще не родившиеся, связаны вечным союзом с Создателем.
Поэтому из главы «Ницавим» мы выносим главный урок: не продолжая традиций своих предков, поклявшихся на верность Ашему и за себя, и за нас, мы становимся клятвопреступниками, какими бы увлекательными, заразительными и, на первый взгляд, безвредными, казались нам всякие предлагаемые разными «друзьями» вероучения.
Только твердость в вере поможет нам сберечь себя и своих близких и помнить, что нас ждут в синагоге.
