В главе «Цав», которую мы изучаем на этой неделе, рассматриваются вопросы соблюдения храмовой службы, включая некоторые диетарные законы иудаизма, отчего суть её сводится к одной, но важной теме: как поддерживать постоянный «огонь» в Храме нашей святости. Тот «огонь», которому суждено гореть на протяжении тысячелетий, вплоть до настоящего времени. Здесь слово «огонь» потому взято в кавычки, что смысл его значительно шире физического явления, известного нам как обычное горение.
Многое в этой главе имеет не только практическое значение, но и преисполнено глубокой символикой. Начнем с того же Переносного Храма, сооруженного еврейскими скитальцами в пустыне, которому было суждено стать прообразом Иерусалимского Храма, построенного царем Шломо на славной горе Мория через 480 лет после Исхода.
Именно в главе «Цав» Аарон и его сыновья получают посредством Моше четкие инструкции служения в Храме. И прежде всего, соблюдать закон всесожжения: «Огонь постоянный пусть горит на жертвеннике, не угасая». Ваикра 5-6;6.
Любавический Ребе – благословенно в веках его святое имя! – полагал распространение огня еврейской святости сразу в двух направлениях: в храмах нашей духовности (Походном Храме поколения пустыни, затем в Иерусалимском, после – в еврейских молитвенных домах, которые пришли им на смену), и в сердце каждого еврея, творящего собственную духовную работу.
Таким образом, Божественное Присутствие, Шхина, проявлялось повсюду, где находились евреи, если они вели себя соответственно высокому званию представителей Избранного народа.
Что включает в себя понятие «Божественное Присутствие»? – Многое! Оно проявляется у пророков как голос или ощущение близости Всевышнего, а также как знаменитые пророческие видения, всегда находящие затем свое подтверждение в реальной жизни. Его в полной мере испытывают и сыновья Израиля, нашедшие свое место в Храме, и тысячи свидетелей чудес, нарушающих законы природы и необъяснимых с точки зрения обыкновенной человеческой логики.
Искренняя молитва, желание служить Всемогущему, всегда оказывали серьезное влияние на души людей, да и на многое, происходящее в природе. Долгожданный дождь или прекращение губительных пустынных ветров, хороший урожай и, соответственно, спасение от голода, окончание войн и наступление мирной созидательной жизни, – все это всегда тесно связывается с нашей духовностью, или, вернее, с работой человека над совершенствованием своего нравственного начала.
В своей беседе, произнесенной в Субботу недельной главы «Цав» 5717 (1956) года, по поводу стиха «Огонь постоянно будет гореть на жертвеннике, не потухнет» Любавичский Ребе учил обращаться к Иерусалимскому Талмуду, где говорится: «Постоянно – даже в Шабос; постоянно – даже при осквернении».
Другими словами, всё, связанное со служением в Мишкане и материальном Храме, присутствует также в Мишкане и Храме духовном, находящемся в каждом из нас. «Жертвенник – это сердце каждого человека. Подобно тому, как [в Храме] существовали внешний и внутренний материальные жертвенники, – в сердцах [евреев] всегда существуют «внешние» и «внутренние» аспекты».
Вновь перечитал эти прекрасные, возвышающие нас слова, и подумал: как все-таки Ребе любил нас, сколько миллионов еврейских сердец умещалось в одном его святом сердце… Мы, его верные ученики и последователи, посланники в большинстве стран мира, сегодня стремимся донести эти мысли до каждого, чтобы оправдать его веру в нас. Он говорил:
«Жертвенник, к которому относится приказ «Огонь постоянно будет гореть на жертвеннике…», – жертвенник внешний. На духовном уровне это выражается в том, что горение должно быть открытым – происходить на внешнем уровне сердца. Сердце должно языками своего пламени стремиться к Б-жественности.
…Что постигает человек в ходе своего духовного совершенствования? На этот вопрос отвечают слова: «…назовешь Субботу блаженством», которые говорят о том, что для спасения души, раскрытия духовного света, мы обязательно должны находить время, чтобы отдалиться от той связи с материальным миром, которая имеет место в остальные дни недели, когда мы заняты мирскими делами по добыче хлеба насущного для себя и своих семей. Но здесь есть одна опасность: постигая свет духовный, нам может в какой-то момент показаться, что нет уже нужды нам в небесном «огне». На что Тора дает четкий ответ: «Не погаснет – даже в Шабос».
***
Здесь главный вопрос даже не в том, как найти свой собственный свет, а в более сложном: как нести его по жизни, чтобы не растерять на крутых житейских поворотах, неустанно меняя мир вокруг себя к лучшему. Что делать, чтобы твое дело не приелось тебе и с годами не показалось бессмысленным. Ведь мир так велик, людей так много, а жизнь у тебя одна, и стоит ли терять мгновения этой быстротекущей жизни на служение высшим интересам, оставляя на заднем плане дела личные.
Верный ответ на подобные вопросы может быть дан лишь с учетом того фактора, что любой человек хочет быть счастливым, такова людская природа. Между тем, у каждого из нас свои представления о счастье. Правда, существует и идея глобального счастья, общая для всех. О ней следующая притча, которая в Сети приписывается мудрейшему из мудрых, нашему Шломо, именуемому в мире царем Соломоном:
Однажды некий уважаемый горожанин пришёл к Шломо, наслаждавшемуся зрелищем рыб, плескавшихся в пруду, и поведал:
— Царь, я в замешательстве! Каждый день моей жизни похож на предыдущий, я не отличаю рассвет от заката, и больше не ведаю счастья.
Шломо задумался и сказал:
— Многие мечтали бы оказаться на твоем месте, обладать твоим домом, твоими садами и твоими богатствами…Но есть ли у тебя какая-нибудь цель или заветная мечта? О чем ты мечтаешь в минуты отдыха и услады?
И отвечал ему гость так:
— Сначала я мечтал освободиться из рабства. Потом я мечтал, чтобы моя торговля приносила доход. Всё это давно сбылось, о чем мне теперь мечтать? Вот, думаю, и не знаю…
Тогда Шломо изрёк:
— Человек, не имеющий мечты, подобен рыбам, что плавают в этом пруду. Каждый день их жизни похож на предыдущий, они не отличают рассвет от заката и не ведают счастья.
Добавил ещё царь:
— Только в отличие от рыб ты сам запер себя в своём пруду. Если в твоей жизни нет благой цели, ты будешь бесцельно слоняться по своему дому и, умирая, поймешь, что прожил зря. Если цель есть, всякий раз, делая шаг, ты будешь знать, приблизил он тебя к твоей цели или отдалил, и это будет наполнять тебя азартом и страстью к жизни.
Проситель наморщил лоб и произнёс:
— Значит ли это, что всякий раз, достигая одной цели, я должен искать следующую, всякий раз, когда исполняется одна моя мечта, я должен загадывать другую, и только в поиске я обрету счастье?
И ответил царь:
— Да. Счастье – в поиске и достижении цели.
Эти слова, символизирующие вечное движение и духовное обновление – зеркальное отражение стиха нашей Книги, который мы уже приводили в начале беседы: «Огонь постоянный пусть горит на жертвеннике, не угасая». Ваикра 5-6;6.
Не давая угаснуть Огню нашей святости, мы сбережем себя и своих близких и не забудем, что нас ждут в синагоге.
