Эзра Ховкин

 БЕЗ “ПОЧЕМУ”

   Отец, рабби Шолом-Довбер, был высокий и серьезный, погруженный в себя человек. От него к сыну шла волна душевной тонкости и благородства. И строгости. Йосеф-Ицхак помнит первый наказ отца: “Если хочешь что-то спросить, спрашивай только у меня…”

   Как-то мальчик учился произносить Модэ они, самую первую молитву, которую еврей шепчет, открывая глаза со сна. Отец сказал, что при этом нужно прижать обе ладони к сердцу и слегка склонить голову. Мальчик спросил:

   – Почему надо так делать? Отец ответил:

   – По правде говоря, нужно делать то, что приказано, без “почему”. Но ведь я сам просил, чтобы ты меня обо всем спрашивал…

   Отец вышел и вернулся вместе с реб Йосефом-Мордехаем, стариком, который прислуживал у них в доме. Отец спросил его при мальчике:

   – Иосеф-Мордехай, как ты говоришь по утрам Модэ ани?

   – Я прижимаю ладони к сердцу и склоняю голову.

   – А почему ты так делаешь?

   – По правде сказать, не знаю. Когда я был маленьким, так меня учили… Отец повернулся к мальчику:

   – Теперь ты видишь!.. Он делает так всю жизнь, потому что отец научил его этому, а отец перенял это у своего отца, и так идет от Моше-рабейну и от Авраама, который был первым евреем… Нужно делать и не спрашивать “почему”.

   Мальчику стало стыдно – по природе своей он был очень подвержен этому чувству. Мальчик сказал в оправдание:

   – Папа, я ведь еще ребенок…

   – Так ведь все евреи – малые дети, – отвечал отец. – Именно когда подрастем, тогда-то мы и видим, какие мы маленькие…

   Эту мысль Йосеф-Ицхак не совсем понял, но на этот раз обошелся без “почему”.

   ЗАБЫТАЯ МОЛИТВА

   Наши мудрецы говорят, что еврейство начинается с головы – с Авраама, Ицхака и Яакова. Оно растет сверху вниз и напоминает фигуру человека. В последние века в мир пришло “поколение пятки”.

   У душ “поколения пятки” есть замечательное свойство. Выполняя волю Творца, они могут ступить в грязь, в омут, в кипяток, и, в отличие от “головы”, выстоять, не захлебнуться. Но беда им хоть на волос отойти от этой воли – сразу вылезет боязнь высокого, забвение собственной души, присущее “пятке”…

   Свойство это – влечение к Его воле – называется кабалат оль  принятие ярма Небес. Оно куется, как железо, закаливается, как сталь -эти слова уже встречались где-то…

   Однажды, когда мальчик заканчивал завтрак, вошел отец и спросил у мамы, сказал ли сын вместе с ней Модэ ани. Йосеф-Ицхак, почувствовав промашку, заревел. Мама – невысокая, полная, в платье с кружевами, само добро и тепло – бросилась его защищать:

   – Ребенок был голоден, и я дала ему молока с пирогом. Что здесь такого?

   – И что же, он произнес благословение на пищу, не сказав при этом Модэ ани? – продолжал допытываться отец.

   Благословение-то они тоже забыли сказать, прошляпили… Но мама – тоже из Любавичской династии, тоже дочь хасидского ребе, не сдавалась:

   – Посмотри, ребенок дрожит от страха!..

   – Когда едят, не сказав Модэ ани и благословений, в этом случае можно дрожать, – сказал отец.

   И он, не обращая внимания на слезы мальчика, увел его в другую комнату и повторил, недоумевая:

   – Как ты мог есть без Модэ ани и без благословений?

   Когда сын немного успокоился, он сказал вместе с ним забытую молитву.

   Когда Йосеф-Ицхак подрос, а затем и поседел, он любил вспоминать эту сцену. Он говорил: “Это и есть хинух  еврейское воспитание…”