Говоря о вооспитании подрастающего поколения, трудно обойти вопрос, в равной степени интересующий как родителей, так и учителей с воспитателями: почему в одной и той же семье, у одних и тех же родителей, практически, в одинаковых условиях, вырастают весьма разные дети?

           Не потому ли, что, при всем понимании недопустимости разного отношения к своим отпрыскам, многие папы и мамы, иногда не замечая того, на уровне подсознания, выделяют в лучшую сторону так называемых любимчиков, лишая других своих детей пусть даже малой доли заботливого внимания?

Рассмотрим это на примере близнецов Эсава и Яакова, родившихся после двадцати лет бесплодного брака у Ицхака и Ривки, о чем повествуется в главе «Толдот», изучаемой на этой неделе. Положению Ривки, узнавшей накануне родов, что причиной ее тяжелой беременности является борьба между плодами в ее животворящем лоне, которая приведет со временем к многовековому конфликту между великими потомками ее детей, а в глобальном понимании – между силами добра и зла, воистину не позавидуешь. Ибо для нее не секрет, кто из них будет олицетворять все лучшее в этом мире, а кому уготована плохая участь.

С годами разница в характерах и поведении братьев становится более заметной. Эсав станет охотником, «человеком степей», а Яаков, «человек кроткий, сидящий в шатрах» Торы, углубится в развитие своей бессмертной души.

Наступит  день похорон Ицхака, в корне изменивший стабильные взаимоотношения между братьями. Чем в этот день занимается Яаков? Он готовит похлебку из чечевицы, которая издавна служит традиционным похоронным блюдом. Этой чечевичной похлебке, за миску которой уставший и голодный после трудной охоты Эсав бездумно продает свой будущий духовный статус и сопутствующие ему, в виде первородства, высокие обязанности –– суждено сыграть другую судьбоносную роль: стать показателем того,  что быть преемником Ицхака старший сын не достоин.

Теперь понятно, зачем Ривка убедила Яакова обмануть отца, призвавшего к себе перед смертью Эсава, чтобы дать ему благословение.

Но наш вопрос, почему в одной и той же семье рождаются люди с совершенно разными характерами, по-прежнему остается открытым. Интересный ответ дал на него лидер нашего поколения Любавический Ребе. Однажды к нему на прием пришла одна женщина и поделилась своим горем: – Скажите Ребе, как могло такое случиться… У нас с мужем пятеро детей. Все мы для них делали, каждый получил от нас одинаково, но четверо – стали настоящими верующими евреями, а с одним не повезло, он отошел от традиций наших отцов. И вот живем мы теперь с этим грузом в душе, и всё задаем себе вопрос: в чем наша ошибка, что мы делали не так?

После недолгого молчания Ребе окинул внимательным взглядом гостью и мягко сказал: – Ваша беда в том, что вы, к сожалению, не учли, что каждый ребенок – это индивидуальная личность и должен получать от родителей не “поровну”, а именно то, что необходимо для полноценного развития ему… Будем надеяться, он еще вернется к нашим истокам!

***

Обратим внимание на деталь, которую многие упускают, ошибочно считая второстепенной. Суть ее в том, что добро, как понятие  – есть категория открытая, ему не за чем меняться или под что-то подстраиваться. Другое дело – противоположность его, зло, которое в большинстве случаев тщательно маскируется, пытаясь обманом вызвать к себе расположение и успешно продолжать творить свое черное дело дальше.

    Проследим формирование личности Эсава. Из мидрашей известно, что до тринадцати лет братья мало чем отличались друг от друга. Они всему учились у своего отца Ицхака и деда Авраама. И только когда им исполнилось тринадцать лет, стало очевидно, что у них совершенно разные цели в жизни. Здесь цифра 13, означающая еврейское совершеннолетие, говорит  о том, что нельзя судить о наклонностях человека по поступкам детских лет, так как подлинное лицо его начинает проявляться  лишь с возрастом.

Наши мудрецы в таких случаях приводили пример миртового дерева и тернового куста, росших совсем рядом. Пока они не набрали силу и не разрослись, казалось, что они из одного семейства. Но вот они выросли, и на ветвях одного распустились цветы необыкновенной красоты, а на другом — шипы.

«Так и Яаков с Эсавом, – писал раввин Моше Вейсман. – Тринадцать лет они учились в бейт-амидраше у одних и тех же учителей. Но Эсав решил стать охотником, а Яаков продолжал заниматься Торой. Сначала он учился у Авраама, затем отправился к Шему, потом — к Эверу и вновь вернулся к Шему. А Эсав в это время ходил по полям и ловил зверей. Но кроме этого он славился фантастической сообразительностью, ибо мог ловить не только бесхитростных зверей, но и… преступников, поскольку умел добиться признания в совершенном преступлении от любого из них.

Когда местный судья не справлялся со своей ролью, он звал на помощь Эсава. Судья допрашивал преступника:

— Почему ты совершил это преступление?

Я не виновен, — отвечал тот. — Я никого не убивал.

Эсав же быстро спрашивал обвиняемого:

  • Каким оружием ты пользовался — мечом, копьем или ножом?

Застигнутый врасплох, убийца тут же сознавался. Вор выдавал своего соучастника, убийца рассказывал о том, каким он пользовался оружием и т.д. Так, в ловушки Эсава попадали и звери, и люди».

    Здесь уместно привести следующее обращение царя Давида в своих псалмах к Всевышнему: “Ты сделал меня мудрее моих врагов…” (Теплим 119:98). Которое трактуется: “Сделал меня мудрее (благодаря тому, что я учился у) моих врагов” и дает нам урок того,  что из тактики наших недоброжелателей тоже можно извлечь пользу, для чего следует хорошо знать ее и применять по необходимости.

    Эсав умело притворялся, стараясь в глазах других людей выглядеть праведником. Конечно, глупо полагать, что внутренняя суть старшего сына была неизвестна Ицхаку. Но, надо сказать, иногда, как любящий отец, он предпочитал чему-то верить, а на что-то закрывать глаза, а кроме того, не хотел быть слишком к нему строгим, так как отдавал себе отчет в том, что в мире нелюбви и злобы  Эсав станет еще большим злодеем. Вполне возможно, своей любовью и лаской он надеялся привлечь первенца к служению Всевышнему, так как предвидел, что от него родится достойный потомок — пророк Овадья.

    Наверное, труднее всего было Ривке, замечавшей в Эсаве все семь людских пороков, перечисленных в Мишле 5:16: высокомерие, лживость, способность убивать, дурные помыслы, лжесвидетельство, склонность к ссорам. Но все равно она старалась не показывать это знание.

    Между тем, исследователи наших священных текстов упрекают Ицхака за недостаточную требовательность и попустительство по отношению к Эсаву, ведь недаром сказано: “Кто жалеет своей розги, тот ненавидит сына; кто любит, тот наказывает его с детства” (Мишле 13:24), то есть отсутствие должной требовательности ведет к тому, что дети сходят с верной дороги. Так было с Авраамом, попустительствовавшим Ишмаэлю, в конце концов, ставшему тем, кем он стал. Мягкость Давида к Авшалому привела к тому, что сын восстал против отца и навлек несчастье на его царство.  Плохим человеком стал и Адонияу, воспитанный снисходительным папой.

    Конечно, у каждого из этих отцов были свои причины проявлять излишнюю доброту за счет снижения строгости и требовательности к детям. Но все это, как правило, приводило к плохому концу. Поэтому сделаем верный вывод: дабы сберечь себя и своих близких, надо со своими детьми быть требовательным и справедливым, не забывая, что двери общины всегда открыты.