Заключительные акты завершения Великой трагедии рабства нашего народа, свидетельствующие про цену освобождения из неволи, уплаченную как рабами, так и их рабовладельцами, содержатся в главе «Бо», изучаемой нами на этой неделе.

            Три последние Г-сподние казни  (налет несметных полчищ саранчи, три дня «тьмы египетской» и смерть первенцев) –завершающий аккорд наказания ослушников воли Всевышнего, открывший, наконец, для наших прямых предков шлюзы окончательного избавления.

            Именно тогда, накануне Исхода, впервые прозвучал и с тех пор стал девизом всех угнетенных и обездоленных бессмертный лозунг. «Отпусти народ Мой» (Шалах эт ами – ивр.) – неоднократно звучавший потом в истории человечества как призыв Всевышнего против любых форм рабства и притеснения. Он слышен в известной песне черных рабов американского Юга: «Сойди, Моше, пойди в Египет  и скажи старому фараону, чтобы он отпустил народ твой!». Эти же слова стали рефреном обращений мировой общественности в защиту права на эмиграцию советских евреев в 60-ых годах прошлого столетия.

            Надо сказать, при использовании этих слов в политических целях, их слегка отредактировали. Была убрана самая важная компонента этого свободолюбивого обращения. Оно стало просто выражением абстрактной любви к свободе и призывом осуществить ее на практике. На деле же, таким ловким «обрезанием» этот лозунг был лишен своей глубинной сути. Того, для чего воля, прежде всего, нужна людям.

            Подлинный текст этого обращения-призыва звучит так:

 «Отпусти народ Мой, чтобы они Мне послужили». То есть не для того, чтобы можно было бездельничать, строить разных идолов или бродяжничать по миру, попутно слегка подворовывая. И не с целью, обретя заветную свободу, тут же напиться до потери пульса и дебоширить, к удивлению приличной публики. Или заниматься  вещами, несовместимыми с высокой нравственностью: всемерным обогащением, чревоугодием, сладострастием, беззакониями, попытками тут же закабалить других. 

Цель обретения настоящей свободы всегда и везде с времён Исхода одна: делать добрые дела, менять мир к лучшему, или, в виде четкой формулы, – преданно служить Всевышнему. Только в таком смысле следует воспринимать это важнейшее качество, и лишь тогда оно достойно того, чтобы любой добрый человек был готов, если понадобится, отдать за него все, вплоть до самого дорогого, что у нас есть – собственной жизни. Наверное, не стоит доказывать, что именно такую цель перед собой ставил Моше, которому удалось не только вывести Стадо свое на вольные тропы мировой истории, но и прославить в веках свой народ и Того, Чьим попечением было достигнуто освобождение.

Надо сказать, свои пастухи имеются в истории каждого народа. Перейдем от Моше – к Моисею, под именем которого наш праведник известен всему миру, и остановимся на том, что отличает еврейского пастуха от всех прочих. Обойдемся без национализма, не будем доказывать, что он был кого-то лучше, или другие – его хуже. Скажу лишь, что наш благородный кормчий – самый скромный из всех других пастухов на свете. Если в книгах других религий заветные имена их кумиров встречаются часто, и существует масса праздников, отмечающих те или иные события из их жизни (я специально не называю имен, так как это правило не знает исключений), то нет ни одного еврейского праздника, основанного на биографических данных нашего лидера. Даже  в «Агаде», посвященной Великому Исходу, имя Моисея не упоминается ни разу. И это – имя человека, оставившего нашему народу бесценные Десять заповедей, провозглашенные с вершины горы Синай!

            Понимание свободы для служения Всевышнему, помноженное на природную еврейскую скромность, помогут нам сберечь себя и своих близких и не забывать, что двери общины всегда открыты.