В еврейской жизни особое место занимает понятие «кашрут», недаром известный комментатор Хумаша и Талмуда Раши (рабби Шломо Ицхаки) утверждал, что кашрут – необходимое условие для поддержания нормальной жизни, сочетания «здорового тела и духа».

В главе «Шмини», изучаемой на этой неделе, Ашем дает прямое указание, какие продукты пригодны для питания Избранного народа: «И сказал Господь Моше и Аарону, говоря им: Говорите сынам Исраэйлевым так: вот живые существа, которых вы можете есть из всех животных, что на земле…» (Ваикра, 11; 1-2), после чего следует подробное описание признаков  кошерности животных, птиц, рыб и ряда других существ.

            Из всех вопросов по применению кашрута  (а их великое множество, как и разных видов пищи) наиболее частый:  зачем, вообще, его соблюдать, кроме выполнения одной из заповедей нашей главной Книги?

             РаМБаМ (Моше бен-Маймон, великий ученый, кодификатор, философ, врач и учитель, духовное наследие которого оказало решающее влияние на еврейскую мысль последующих поколений) полагал, что кашрут положительно влияет на физическое здоровье человека и даже оставил последующим поколениям книгу медицинских советов, имеющих ценность и в наши дни. А вот титан иудейской духовной мысли  РаМБаН (Нахманид) открыл другую важную грань кашрута: его влияние  на состояние души человека.

            Употребляя в пищу животное,  организм человека абсорбирует (поглощает, усваивает) все вещества, оказавшиеся в его желудке. Таким образом, тело съеденного животного становится частью нашего тела. Аналогичные вещи происходят на духовном уровне, ведь любое животное имеет в простейшем виде собственную душу, определяющую его инстинкты и поведение.

Наверное, поэтому Мудрецы прошлых поколений, понимая важность пищи, употребляемой людьми для поддержания своей жизнедеятельности, изобрели грубоватую формулу, дошедшую до наших дней: «Человек есть то, что он ест».

            Издавна известно, что человек, задачей которого является «неустанный подъем», стремление приблизиться к Творцу, отдаляясь при этом от собственного животного состояния, съев мясо животного с кровью или что-то еще некошерное, как бы «приземляет» свою душу и становится более животным, чем прежде. Недаром сказано: “Кровь есть душа”. Вот почему Тора строжайше запрещает употреблять кровь в пищу. А кашрут, со своими жесткими требованиями к обескровливанию применяемого в пищу животного, помогает человеку надежно дистанцироваться от поглощения всего, что может повредить ему на духовном или физическом уровне. Можно выразиться и более жестко: то, что мы едим, должно помогать нам или, по крайней мере, не мешать, и уж ни в коем случае – не «пожирать» нас своей вредностью и греховностью.

            В пищу нам разрешены только те млекопитающие, у которых раздвоены копыта и которые жуют жвачку. В Торе также упомянуты запрещенные животные: даман, заяц и верблюд – отрыгивающие жвачку, но не имеющие раздвоенных копыт, а также свинья, имеющая раздвоенные копыта, но не жующая жвачку.

            Запрещены 24 породы птиц, правда, некоторые из них имеют целый ряд разновидностей. На практике, еврейский народ употребляет в пищу лишь те виды птиц, про которые точно известно, что они кошерны: курица, индюк, гусь и далее, по согласованию с раввином. В Талмуде описаны общие принципы отличия кошерных птиц от некошерных. Последние – как правило, хищники и питаются мясом или рыбой. Пищеварительная система кошерных птиц лучше всего переваривает семена.

            Что до рыб и морских животных, то нас здесь могут интересовать (в плане продуктов питания, разумеется) лишь те, у которых есть чешуя и плавники. Интересный нюанс: согласно Талмуду, любая рыба и вообще морское животное, которое имеет чешую в воде, обязательно имеет и плавники. С тех пор были открыты тысячи видов разнообразной морской фауны, но ни одного исключения из правила Талмуда до сего дня не найдено!

            Наверное, вам известна еще одна характерная особенность кашрута. Мы не едим мяса зверья и птиц-хищников, промышляющих убийством других животных или поедающих мертвечину. Раки, крабы, омары и прочие моллюски, пожирающие на дне морском любые отбросы; вороны, шакалы и гиены, славящиеся своей всеядностью; речные бычки и сомы, живущие десятки лет и зачастую питающиеся падалью, – все это некошерно.

            Интересно, что уже много веков кашрут служит предметом массы оживленных дискуссий. Согласно одному мидрашу, бедные животные «стесняются» своей некошерности. Если, к примеру, взять парнокопытную свинью, не жующую жвачку, и зайца, жующего, но не парнокопытного, то можно заметить, что во сне свинья прячет морду и выставляет напоказ копыта, а заяц наоборот: поджимает под себя лапки и выпячивает мордочку… Такая, вот, занятная символика.

          Так что, друзья, будем беречь себя от всего некашерного, несущего угрозу для нас и наших близких, и помнить, что двери Херсонской синагоги – самой кошерной на свете! – всегда открыты!