Подготовил Семен Чарный 

 

Бывший госсекретарь США Генри Киссинджер, скончавшийся 29 ноября в возрасте 100 лет, оставил противоречивое наследие политических и внешнеполитических маневров, которое одновременно хвалили и высмеивали во всем мире, пишет журналист Newsweek Том Нортон.

 

Генри Киссинджер. Май 2015 года

 

Некоторые считают его прагматичным дипломатом, удостоенным Нобелевской премии за достижение соглашения о прекращении огня и мирного решения во Вьетнаме. Но его также обвиняют в пособничестве военным преступлениям, в том числе имея в виду его участие в организации американских бомбардировок в Камбодже.

 

Среди разговоров о его наследии фигурировала одна цитата, которая, по-видимому, предполагала, что Киссинджер был бы антисемитом, если бы не его еврейское происхождение.

 

В сообщении пользователя @hannahgais в соцсети X, просмотренном 905000 раз, сказано: «Киссинджер: “Если бы не случай моего рождения, я был бы антисемитом… Любые люди, которых преследовали в течение двух тысяч лет, должно быть, сделали бы что-то неправильно”».

 

Цитата эта из биографии Киссинджера авторства Уолтера Айзексона, вышедшей в 1992 году.

 

Айзексон характеризовал свою книгу как несанкционированную биографию, заявив, что, хотя Киссинджер не одобрил книгу перед публикацией, он тем не менее предоставил «две дюжины официальных интервью», доступ к государственным и частным документам и попросил «членов семьи, бывших помощников, соратников из деловых кругов и бывших президентов» внести свой вклад.

 

Айзексон разговаривал не только с Киссинджером, но и с десятками его коллег и начальников, включая ныне покойного бывшего президента Ричарда Никсона.

 

Упомянутая цитата появляется в разделе книги, описывающем отношение Киссинджера к своему еврейству и то, как Никсон воспринимал его идентичность. По словам Киссинджера, Никсон чувствовал, что евреи «ставят интересы Израиля превыше всего» и «их контроль над средствами массовой информации делает их опасными союзниками».

 

Айзексон сообщал: после нарушения Израилем соглашения о прекращении огня с Египтом в 1973 году «Киссинджер ворчал на одном из заседаний Вашингтонской группы специальных действий (WSAG): “Если бы не случай моего рождения, я был бы антисемитом”». 

 

WSAG — кризисный комитет высокого уровня при правительстве США, созданный при администрации Никсона.

 

«В другие моменты раздражения он отмечал, что “любые люди, которых преследовали в течение двух тысяч лет, должно быть, делают что-то неправильно”», — писал Айзексон.

 

Примечательно, что в Архиве национальной безопасности позже обнаружились документы о том, что Киссинджер «дал зеленый свет» Израилю на нарушение режима прекращения огня в 1973 году.

 

Что не было упомянуто в посте соцсети X, так это предположение Айзексона, будто комментарии Киссинджера, возможно, не были серьезными.

 

Между тем, в том же абзаце книги, где упомянута цитата, приписываемая Киссинджеру, у Айзексона сказано: «Как это часто бывало, отношение Киссинджера к своему еврейству находило отражение в его юморе, большая часть которого была связана с давлением на него со стороны «единоверцев», дабы тот прощал любые грехи Израиля».

 

Хотя по сути это не меняет того, что говорит Айзексон, аргумент этот в посте в соцсети X отсутствует.

 

В том же разделе биографии Айзексона обсуждаются отношения Киссинджера с иудаизмом. Так, он настаивал, сообщает автор, чтобы у сына была бар-мицва. Подчеркивается и его «эмоциональная приверженность выживанию Израиля», причем цитируется обращение Киссинджера к еврейским лидерам: «Могу ли я, как еврей, потерявший в Холокосте тринадцать родственников, сделать что-нибудь, что могло бы предать Израиль?»

 

Источником цитаты считается встреча все той же Вашингтонской группы специальных действий, хотя Айзексон утверждает, что большая часть документальных материалов взята из «Проекта президентских документов Никсона».

 

В любом случае такой разговор состоялся в бытность Киссинджера госсекретарем США.

 

Айзексон отмечает: находясь у власти, Киссинджер заставлял секретарей и помощников прослушивать его телефонные разговоры и делать заметки, которые «превратились в полноценную систему записей на пленку, которые целый ряд секретарей в одночасье расшифровывали».