В главе «Итро», изучаемой нами на этой неделе, Всевышний увековечил имя мидьянского верховного жреца-идолопоклонника. Кем был этот человек, и почему он удостоился столь высокой чести?

Нам он известен как отец Циппоры, жены лидера Поколения пустыни Моше, и дед его внуков – Гэйршома и Элиэзера. Но не только  знаменательное родство послужило достаточным основанием для сохранения о нем памяти в веках. В его лице мы знакомимся с одним из известнейших в истории человечества геров, людей пришедших к иудаизму не из каких-то предполагаемых выгод или по иной необходимости, а исключительно из высших побуждений и, прежде всего, глубокого понимания истинности нашего Учения.

            Итак, верховный жрец с дочерью и внуками приходит в кочевой стан беженцев. Написано: «И услышал Итро, жрец Мидьянский, тесть Моше, обо всем, что сделал Б-г для Моше и Исраэйля, народа своего, что вывел Господь Исраэйля из Египта». Шмот 18;

            Моше и виднейшие старейшины оказали Итро царские почести. Но поразило его не это, а какими оказались сыны Израиля при более близком знакомстве; чем занимались они, и что составляло их внутреннюю сущность. Недаром Мидраши уделяют особое внимание тому, насколько отличались повседневные дела евреев от дел представителей других народов.

Ребе Моше Вейсман пишет об этом: «В пустыне евреи не были заняты выращиванием или изготовлением чего-либо, не занимались они и торговлей. Ман, выпадавший по утрам, обеспечивал достаточное количество еды (имеющей вкусовые качества любого известного человеку яства) на весь день. Не требовало времени ни приготовление пищи, ни ведение домашнего хозяйства, потому что ман можно было есть сразу, а Облако Славы стирало и гладило одежду. Весь день евреи изучали Тору и выполняли мицвот.

Толпы народа собирались вокруг Моше, Аарона и Семидесяти Старейшин, чтобы послушать слова Торы и задать вопросы о алахе и мицвот, устанавливающих отношения между человеком и его Творцом, и между человеком и его ближними.

Итро казалось странным, что Моше сидит, а люди вокруг него стоят. Он подумал, что Моше не оказывает народу Израиля должного уважения, заставляя людей стоять из почтения к нему.

«Почему ты сидишь, как царь, — спросил он Моше, — тогда как люди, пришедшие выслушать твое суждение, стоят?»

Моше объяснил своему тестю: «Они пришли ко мне изучать Тору, и поэтому они стоят, так как ученикам подобает стоять перед своим учителем Торы. Я объясняю им и подробности Б-жественного закона — алахи и мидрашим».

Итро посоветовал: «Бремя, лежащее на тебе, Аароне и Семидесяти Старейшинах, слишком велико. От столь большого напряжения вы все увянете, как лист на дереве. Позволь мне дать тебе совет, которому ты последуешь, если на то будет воля Ашема! Оставайся и далее посредником между народом и Всевышним, учи людей словам Торы и наставляй их, как молиться и делать добро. Однако не бери на себя и не возлагай на Аарона и Старейшин все бремя ответов на вопросы, связанные с алахой. Вместо этого назначь над народом судей. Они будут решать все второстепенные вопросы, а тебе останутся только самые важные. Судьи не должны заниматься больше ничем, чтобы люди всегда могли к ним обратиться».

Увидев своими глазами, что еврейский народ является носителем высшей духовности, Итро решительно порывает с идолопоклонничеством и переходит в живительное лоно иудаизма, стремясь принести как можно больше пользы Избранному народу и внести свой вклад в еврейскую юриспруденцию, а если брать более широко – в мировую систему справедливого правопорядка.

Изучая историю своего народа и наших великих предков, мы сберегаем себя и своих близких, и помним, что двери нашей общины всегда открыты.