«Записки несостоявшегося гения»
Из наших разговоров с учителем Насоновым следовало, что он хорошо знал подлинную цену всяческим титулам, званиям и прочим наградам. Считал их чепухой, красивыми побрякушками, которые помогают власть имущим успешно править честолюбивыми глупцами. Но при этом был подозрительно неравнодушен к тем, кого, по его мнению, незаслуженно награждали. Настоящий народный учитель, проработавший всю жизнь в школе, он даже не имел звания заслуженного. Отличником образования – и то не был. Хотя льготы, которые давали эти звания, в его последние годы, когда он материально очень нуждался, пришлись бы весьма кстати. Но с его характером…
Кстати, в плане наград моя педагогическая судьба оказалась с его чем-то схожей. Трижды меня подавали на «отличника», и каждый раз по какой-то причине его я не получал. Одно представление похоронили где-то в облоно, другое – замурыжили в министерстве, а так как интересоваться судьбой этих бумаг считалось нескромным, я стал самоутверждаться «от противного»: бодро озвучивал наиболее выгодный для себя вариант. Мол, этим званием сейчас в нашей отрасли никого не удивишь. Куда ни плюнь – попадешь в «отличника»… Одних только директоров школ, награжденных этим знаком – в республике тысячи.
Так что, грош ему цена. Другое дело я: единственный в огромной стране, да что там в стране – во всем мире! – трижды неотличник… Разве столь редкий титул, по крупному счету, не более ценен?!
Узнав, а может быть, и позавидовав такой версии, некий секретарь райкома партии, мой старый заклятый приятель, позвонил в областное управление образования и мрачно рекомендовал решить вопрос о моем награждении немедленно.
– Мы снова представляем Бронштейна к «отличнику», – вынужденно процедил он, – только на этот раз не вздумайте шутить: вам что, надо, чтобы он бегал повсюду и болтал, что на этот раз он уже – четырежды неотличник? Прямо-таки героя из него делаем…
Значок я получил, но радости это не доставило: по сей день уверен, что лучше, не говоря уж – почетнее, быть в наше время трижды ненагражденным, чем единожды отмеченным начальственной милостью.
Интересно другое: удачливость человека в любой сфере бытия, похоже, действительно, где-то запрограммирована.
Прошли годы, и городское управления образования представило меня, теперь уже директора единственной в области национальной школы, еврейской, к званию «Заслуженный работник образования Украины». Начальник управления Виктор Трамбовецкий объявил это во всеуслышание на августовской педагогической конференции 2001 года. Приятно.
Поделился я новостью с хорошим знакомым, народным депутатом Украины, и был по-настоящему огорошен ответом:
– Забудьте об этом и даже не мечтайте! – уверенно произнес он, – разве вам не известно, что награды сегодня – это серьезный бизнес? Наградной отдел Администрации Президента пропускает без мзды не более пяти-шести процентов представлений. Все остальные – это бабло, бабло и еще раз бабло! Никогда не думал, что вы так наивны, Виталий Авраамович…
Не знаю почему, но я ему сразу поверил. Да и нравственный уровень украинского руководства, к сожалению, общеизвестен. Вот и определил я в тот день – раз и навсегда! – свое окончательное отношение к правительственным наградам. Суть его: нельзя быть
в таких делах наивным, но и не стоит забывать рамки приличия. В мире есть много разных вещей. За одни – стоит платить деньгами, за другие – порядочные люди не жалеют и жизни. Например, во имя дела, которому служишь. Только не надо их путать местами…
Поэтому я никогда и никому не дам и паршивой гривны за любую награду – ведь себя, если ты нормальный человек, следует все-таки уважать больше, чем любые блестящие побрякушки.
С тех пор прошло несколько лет. Депутат оказался прав. И на этот раз я горжусь тем, что имею почетное право громко называть себя «Незаслуженным работником образования Украины», принадлежу к многочисленной армии честных людей. Плевать мы хотели на награды из рук продажных чиновников!
(Вынужденное примечание: в 2006 году автор получил все-таки звание «Заслуженного работника образования Украины»).
(продолжение следует)
