На этой неделе мы изучаем две главы: “Хукат” и “Балак”, где первая

 начинается с изложения непонятного по сей день закона о красной корове – ритуальном обряде, очищавшем людей от духовной нечистоты из-за контакта с мертвыми.”И говорил Б-г, обращаясь к Моше и Аарону так: “Вот закон (хука) об учении, который повелел Б-г изложить…” (19:1-2).

            По этому закону красную телицу сжигали, пепел разводили водой и, окропив человека полученной смесью, восстанавливали его ритуальную чистоту. Одна из “странностей” его заключается в некоем парадоксе: подготавливаемая для очищения смесь, при всех своих неоспоримых достоинствах, делала нечистыми всех, кто ее готовил…

            Этот закон, названный во втором стихе главы словом “хука”, является не просто каноном или правилом, а установлением – таким термином обозначаются законы, в принципе не имеющие объяснения и, более того, по мнению великого Раши, о них не рекомендуется даже рассуждать.

            Итак, после сорока лет странствий народ Израиля приходит в пустыню Цин, где умирает Мирьям. Люди страдают от жажды и начинают роптать. Б-г призывает Моше обратиться к скале и велеть ей дать воду. Моше, разгневанный строптивостью народа, ударяет посохом по скале. Из камня бьет вода, но этот проступок, свидетельствующий о несдержанности лидера Поколения пустыни и его неверии, что достаточно тихого слова, дабы любое распоряжение Всевышнего было выполнено, не останется ненаказанным, и ни Моше, ни его брат Аарон, в Землю Обетованную уже не войдут.

            Моше дает бой эморейским царям Сихону и Огу, пытавшимся воспрепятствовать проходу евреев через их земли, разбивает их и овладевает их землей, лежащей к востоку от Иордана. Эта весть живо распространяется повсюду и вызывает панику. Местные властители не знают, что делать, и герой второй главы, изучаемой сегодня, царь Балак, вместо того, чтобы решать проблему мирным путем, отправив послов к кочевникам и предложив им режим свободного прохождения через свои земли, направляет их совсем в другое место и с другим заданием: привлечь на помощь кудесника Билама, предлагая  этому выдающемуся провидцу проклясть Израиль: «Пойди, прошу, прокляни мне народ этот, ибо он сильнее меня. Может мне удастся, и мы его поразим, и прогоню я его из этой земли. Ведь я знаю: кого благословишь ты, тот благословен, а кого проклянешь, тот проклят». Бемидбар (22.6).

    Итак, ошибка напуганного царя состоит в том, что он, зная, на чьей стороне Всевышний,  почему-то считает, что с высшими духовными силами можно справиться, привлекая себе на помощь силы земные. Исследователи считают, что в основе его поступков лежат не благородные мотивы боязни за будущее своего народа, а корыстные личные интересы: не повторить грустную судьбу царя Башанского Ога, уже известную читателю.

    Старейшины Моава добросовестно выполняют распоряжение своего владыки и передают его просьбу, вместе с многочисленными дарами за потенциальную услугу, знаменитому  кудеснику. Что делает в такой ситуации чародей Билам?

    Этот человек, по мнению многих исследователей, не уступающий в пророчестве Моше, поступает на уровне своего дара: понимая, что идти против Ашема, покровительствующего евреям, бесперспективно, он начинает тянуть время, предлагает старейшинам-посланцам переночевать у него, а утром сообщает им мнение Всевышнего по поводу просьбы их властителя: – «… хотя бы давал мне Балак полный свой дом серебра и золота, не смогу преступить повеления Господа, Бога моего, чтобы сделать что-либо малое или великое». (Бемидбар, 22; 18).

 Интересно, что кудесник, который на первый взгляд ведет себя безукоризненно: трижды благословляет Израиль, остаётся верным Всевышнему и предрекает врагам иудеев окончательное поражение, – в  Талмудической литературе носит имя: «Билъам а-раша» – «Билъам-злодей». Почему так, чем вызвано такое отношение?

Наши мудрецы, постигавшие на протяжении десятков веков истинные еврейские ценности, пришли к выводу, что поступки великого пророка, каким и был на самом деле Билам, исходили не из желания нести добро и делать мир вокруг себя лучше, а лишь по причине трезвой оценки ситуации и понимания, что навредить народу, опекаемому Всевышним, он просто не в силах. То есть, он совершал хорошее, потому что лишен был возможности делать плохое.

             Надо сказать, что тема суеверий – многогранна, так как в массе своей они вызваны страхом пострадать или понести ущерб от непонятных явлений, предупредить или избежать их отрицательного воздействия. Как правило, всё это – чепуха, отчего мы знаем множество шуток и анекдотов на эту тему.

     «На спиритическом сеансе медиум вызывает души с того света. Среди посетителей находится нетрезвый мужчина.
– Я хотел бы поговорить со своей тещей, — обращается он к медиуму.
– Не мешайте, — отмахивается тот.
– Я хочу поговорить с тещей! — настаивает крепко выпивший господин.
– Ладно, — уступает медиум и, после невнятного бормотания: — Вот вам ваша теща, она слушает вас.
– Ничего себе! – удивляется мужчина… Привет, мамочка! Как вы на тот свет попали, если час назад я вас подвозил к парикмахерской?!».

Интересно, что философы средневековья считали, что более всего подвержены суевериям, всяческим страхам, в частности смерти, те люди, жизнь которых имеет наименьшую для общества ценность. Так думали во времена, когда ценность человеческой жизни – понятие для еврея абсолютное – оценивалась по схоластически надуманным параметрам. Что до иудаизма, то он крепок старой истиной: где есть вера, там нет места суевериям.

Понимание того, что в природе добрых людских поступков лежит служение Всевышнему и выполнение Его законов, а не бессилие их безнаказанно нарушать, оправдываемое всяческими суевериями, поможет нам сберечь себя и своих близких и не забывать, что двери общины всегда открыты.