В.Бронштейн

…На одной из наших последних встреч Насонов стал надувать щеки: дескать, знает секрет, как можно выиграть любые выборы, но, заметив отсутствие видимого интереса с моей стороны, несколько сник и плавно перешел к мыслям о ведении выгодного бизнеса. Видно, находясь в затруднительном материальном положении, много думал по этому поводу. Зашел издалека: мол, сейчас время такое, что и жить трудно, а помирать и того хуже – нет у многих  на гробы денег. Надо бы им помочь…

     И предложил – не больше и не меньше – как открыть с ним на паях в нашем городе крематорий.

– У тебя же, Виталий, должны быть хорошие связи, – убежденно говорил старый учитель, – мэрша, которую ты на нашу голову выбрал, плуты-депутаты… Чего нам с тобой за доброе дело не взяться, да и людям поможем…

Я молча слушал и думал: в самом деле, не хватает только, чтоб мы, евреи, с присущей нашей нации энергией и предприимчивостью, стали в порядке оказания бескорыстной помощи сжигать бренные тела православных…

А Насонов, жадно прикуривая от затухающей сигареты следующую, возбужденно сипел:                                                                                                                  

– Решайся, дело верное: если не будем брать за кремацию дорого, к нам и из Николаева подтянутся – это же совсем рядом…

***

На похоронах его я не был. О смерти узнал случайно: ни одна школа, где он раньше работал, некролога не опубликовала.

Со стороны правящих кругов, организовавших его памятное выступление по телевидению, тоже последовало глухое молчание.

     Года за полтора до смерти он заскучал и женился. Когда я спросил его про счастливую избранницу, отмахнулся – ты все равно ее не знаешь, она значительно моложе.

–  Уверены в ней, как в человеке? – поинтересовался я.

– Не мели глупости, – прохрипел Насонов, – какая еще уверенность… Кто, вообще, в наше время может быть  в чем-то уверен? Я, например, уверен лишь в том, что меня она переживет…

      -Ну, это вы, пожалуй, напрасно, – пытался смягчить я, – в жизни всякое  бывает, вот и вы в последнее время вроде окрепли…

В глазах Насонова на секунду зажегся прежний саркастический огонек:

– Бывает, конечно, всякое, но моя Машка (так я узнал имя его  новой жены) – девка здоровая и, как покойная  Аннушка, покинувшая меня на произвол судьбы, надеюсь, не подведет. Молодая – не молодая, а уже двух мужей схоронила. Причем, я специально навел справки, все сделала по высшему разряду. (При этих словах, надо признаться, у меня екнуло сердце: моя жена, кажется, прошла похожую школу…)

Конечно, жить с такой молодухой в мои годы не сильно сладко, – задумчиво продолжал он, – эта пылкая дурища – не моя беспрекословная  Анечка. Зато квартира у меня  хорошая, так что интерес ее ко мне крепкий и – слава Богу…

(Продолжение следует)