Автор Борис Барабанов 

Три столпа, на которых держится новый альбом Оксимирона «Красота и уродство»

Дрейдл

Обсуждая еврейские мотивы и символы в новом альбоме Оксимирона «Красота и уродство», первым делом обращают внимание на последний трек — «Дрейдл». Так озаглавлена песня, в которой больше всего отсылок к еврейским корням Мирона Федорова и его первому альбому «Вечный жид». Само значение этого слова, как и очень многое в текстовой ткани альбома, широкой публике необходимо объяснять. «Дрейдл» — первая и на данный момент единственная песня в альбоме, у которой есть видеовоплощение.

 

Итак, дрейдл — детская игрушка, четырехгранный волчок, который перед Ханукой можно купить на любом рынке. Стоит вспомнить о том, что релиз альбома не раз переносился и в итоге вышел именно на Хануку. Несмотря на то, что Мирон Федоров четко обозначает дистанцию между собой и ортодоксальным еврейством (говоря в «Дрейдле»: «…я не ходил в ешиву»), связь альбома и его автора с еврейской темой есть, она видна вполне отчетливо.

 

Традиционно грани дрейдла обозначают буквы «нун», «гимел», «гэй» и «шин» в предложении «Нес гадоль гая шам», что переводится как «чудо большое было там». Игра в дрейдл связана с легендой о запрете на изучение Торы евреями в эпоху правления царя Антиоха Епифана из династии Селевкидов. Согласно легенде, когда учитель читал с детьми запрещенную книгу, рядом всегда лежал волчок. И если возникала угроза обыска солдатами царя Антиоха, дети прятали Тору и начинали играть.

 

Закольцованный 3D ролик с дрейдлом иллюстрирует строчку из одноименной песни и собственное видение этой игры Оксимироном: «Четыре грани: Спец, Дитя, Хаос и Тень. И все это намешано в тебе, как и во мне». Мистические образы, размещенные на гранях волчка в этом ролике, помимо всего прочего, по ощущению очень пелевинские.

 

Комментаторы отмечают сходство творческого метода двух авторов — Виктора Пелевина и Мирона Федорова. Оба, как сквозь сито, пропускают через себя поток образов, символов, мемов и тэгов современного информационного пространства. И при этом склонны сводить весь этот калейдоскоп к простой и удобной философии (некоторые говорят о «поп‑философии»). Виктору Пелевину комфортно использовать в качестве камертона буддизм. Настало ли время сказать, что Оксимирон всем своим интеллектуальным весом опирается на иудаизм? Его ответ — в той же песне: «Жил у Христа за пазухой, у Моше за шиворотом. Игра в четыре руки — понты высшего пошиба. Но за драм‑машиной моей души — и Брама, и Шива. Высшая сила, единый паттерн».

 

Нет, он не правоверный еврей. Но еврейство важно для него: оно помогает объяснить мир.

 

Кто же эти Спец, Дитя, Хаос и Тень? Если отойти от буквальных, «детских» объяснений дрейдла и вспомнить, как толковалась эта игра в мистической плоскости, то грани волчка — это «душа», «тело», «разум» и «целое». Видео, выложенное Оксимироном, открывает простор для интерпретаций, и в сети их можно найти великое множество.

 

Соответствует ли пугающего вида Дитя без зрачков «душе», а Спец — распространенный карикатурный образ еврея с бородкой и в круглых очках — «разуму»? На этот счет автор не дает подсказок. Но он так часто жонглирует в этом альбоме разного рода еврейскими аллюзиями, что найти связи не так уж сложно. Важнее то, что верчение волчка в ролике буквально завораживает, и каждый раз, когда он поворачивается к зрителю очередной гранью, в воображении рождаются новые трактовки. Фокусируя внимание на этой песне и этом образе, Оксимирон интерпретирует весь свой альбом как бесконечное интеллектуальное упражнение, рождающее все новые смыслы. А имея в виду легенду о происхождении дрейдла, можно прочитать мысль Оксимирона и так: альбом «Красота и уродство» — лишь способ отвлечь внимание, чтобы скрыть от Cистемы нечто действительно важное.

Обложка нового альбома Оксимирона «Красота и уродство» (2021). 

 

 «Вечный жид»

Еще один ключевой мотив альбома «Красота и уродство» — вечное путешествие и неприкаянность лирического героя.

 

«Вечный жид» (2011) — название первого альбома Оксимирона. На протяжении всей своей карьеры он так или иначе говорит о своем еврействе, осознавая все коннотации, возникающие в современном обществе, включая антисемитские. Говорит он не то чтобы много, но всегда к месту. Так, например, он комментировал свое еврейское происхождение для журнала «Афиша» в 2015 году, накануне выхода альбома «Горгород»: «Для меня упоминание собственного еврейства — это скорее хип‑хоп‑фишка по аналогии с тем, как американские негры свое происхождение подают, отсюда название альбома “Вечный жид” и все прочее. Баттл‑рэп — это брат‑близнец рестлинга: и в одном и в другом у каждого персонажа есть своя особенность (один — пуэрториканец, другой — карлик, а третий — коммунист), поэтому в рэпе я — со своей кошерной темой. Некоторые ошибочно думают, что это болезненная гордость за свой народ, но те, кто знает [меня] лично, понимают, что я угораю».

Обложка альбома Оксимирона «Вечный жид» (2011)

Своему альтер эго — герою альбома «Горгород» — он дает имя Марк. Несмотря на то, что и герой, и мир «Горгорода» вымышлены и лишены национальной принадлежности, автор тут и там рассыпает еврейские аллюзии. В почти автобиографическом треке «Кем ты стал?» фанат говорит Марку: «Кураж исчез, эпатаж — немалый гешефт». В песне «Всего лишь писатель» Марк говорит о себе: «Я не подхожу для борьбы со злом. Тут бунтари все обречены, как Авессалом». В «Колыбельной» Марк поет: «Чем ближе кипеж с патрулями слышен, тем хуже ты спишь…»

 

«Горгород» — мягко говоря, не еврейский альбом, здесь полно отсылок и к христианству, и вообще к самым разным культурным слоям. Он в той же мере еврейский, в какой христианский и исламский. Описанные в альбоме «темные времена» — везде. А язык — тот, что удобен автору.

Обложка альбома Оксимирона «Горгород» (2015)

 

 «Каково узнать, что ты марионетка в руках еврея?» — говорит Оксимирон в 2017 году во время первого же раунда исторического баттла с Гнойным, заранее зная, что соперник не упустит возможности разыграть эту карту. И тот делает это, критикуя альбом «Горгород» («Ты выдаешь бульварный роман за политическую сатиру, но не называешь имен — там список еврейских фамилий»), вспоминая баттл Оксимирона с Джонибоем, после которого карьера последнего пошла на спад («…мой дедушка — JohnyBoy, и он учил: “Не верь жиду”»), и откровенно высмеивая внешность и национальность оппонента: «Насчет твоего арийского шнобеля: если вдруг решит уйти, ну как в рассказе у Гоголя, сразу съе**тся в Израиль, чтобы там стричь лавандос».

 

Известно, что большая часть текстов для баттлов пишется заранее, так что Оксимирон знал, на что идет, соглашаясь на поединок с Гнойным, и шел, как сказано было у него в третьем раунде, «с открытым забралом».

 

В первом треке «Красоты и уродства» «Хоп‑механика» Оксимирон говорит, что он «жид не ортодоксальный, а парадоксальный», упоминает «желтый символ на пиджаке» и называет себя «читающим евреем, но не Матисъяху». В «Окне в Париж» он добавляет: «По Бабелю я — полтора жида». Сама песня — ироничная рефлексия Мирона Федорова на тему своего богатства и значимости, так что Тартаковский из «Одесских рассказов» — действительно удачная аналогия. В тексте песни «Грязь» лирический герой Оксимирона снова раздувается от тщеславия: «Лейблы — это банки. Вы таки пытались нае**ть жида? Наивные дилетанты». А в тексте песни «Намешано» бросается в глаза строчка: «“Вечный жид‑2” — десять лет спустя».

 

На протяжении альбома Оксимирон охотно сравнивает себя с видными евреями — Бобби Фишером, Бобом Диланом, Ури Геллером. Но еще чаще он упоминает себя как ровню персонажу, еврейство которого не декларируется на каждом шагу. Это Бэтмен, которого — как и Готэм, и Джокера — Оксимирон упоминает в своих стихах регулярно. В интернете несложно найти тексты, подтверждающие еврейское происхождение героя комиксов. Однако Бэтмен — «вечный жид» не столько по национальности, сколько в силу уклада жизни: герой неприкаянный, находящийся в вечном движении и поиске.

 

Хуцпа

Этого слова нет в альбоме «Красота и уродство». Однако в лекциях об Оксимироне историка Виктора Амчиславского, которые он прочитал в одной из петербургских синагог в 2018 году, оно упоминалось постоянно. Сам факт того, что о столь сильно поэтически заряженной фигуре, как Мирон Федоров, читают лекции, мало кого удивляет. Интересны именно акценты.

 

Виктор Амчиславский говорит, что у Мирона есть черта, присущая многим евреям творческих профессий последних 150–200 лет: это ощущение своего пути. В качестве иллюстрации он приводит примеры Марка Шагала и Иосифа Бродского. Конкретно с этими аналогиями можно не соглашаться, но путь, в том числе и в простом, географическом смысле, у вечного эмигранта и реэмигранта Федорова, безусловно, свой. И в еврействе тоже. Напомним, если в 2015 году еврейство для «вечного жида» Мирона — «хип‑хоп‑фишка», то в 2021‑м — основа, которая декларируется в первой же песне альбома‑возвращения.

 

Однако самое справедливое в тезисах Амчиславского — упоминание о способности Оксимирона к решительному вторжению на чуждую территорию. Хуцпа — дарованное евреям после выхода из Египта свойство — это дерзость, наглость, решимость выйти за рамки во имя спасения и выживания.

 

Это энергия, которая может восприниматься по‑разному, со знаком плюс или минус. Это одновременно и пробивная сила, и наглая ложь. То, что чувствуется в каждой строчке «Красоты и уродства». Трудноописуемый стиль жизни и поведения, который неплохо заметен даже в единственном интервью Оксимирона Ивану Урганту накануне выхода «Горгорода».

 

Там абсолютно успешный и дико многословный Ургант — сам, по идее, олицетворение хуцпы — просто‑таки не знает, что делать с этим лысым парнем, кроме как шутить на тему «Вечного жида». Ургант боится ошибиться в своих вопросах Мирону о рэпе и при этом помнит, что всем должно быть смешно. А Окси вообще не парится. На экране — два молодых еврея, между которыми пропасть. Один из них победил еще до того, как вошел в кадр, потому что его хуцпа — сильнее.