Особенности еврейской этики заключаются в превалировании головы над сердцем, то есть разума над чувствами. Некоторые называют это практицизмом, но, на самом деле, это прямое следование указаниям Всевышнего, помогающее нам находить единственно верное решение. Так, у большинства народов понятие благотворительности заключается в форме материальной помощи в виде милостыни. На эту тему существует множество шуток, типа известной французской:
— Пожалуйста, помогите мне! Я был музыкантом бродячего оркестра, но он распался, и вот теперь я остался без гроша в чужом городе. Я неисправимый неудачник.
Хозяин дома, недоверчиво:
— И на каком же инструменте вы играете?
Попрошайка долго думает, потом отвечает:
— На гобое.
Хозяин открывает шкаф, достает гобой и говорит:
— Ладно, сначала сыграйте мне что-нибудь.
— Вот видите, — сокрушается попрошайка, — я сказал вам чистую правду: я и в самом деле последний неудачник. Ведь это же надо, чтобы у вас оказался именно гобой!
У евреев тоже шутят над шнорерами, но не над нищетой. Цдака – это не добровольная милостыня, а прямое исполнение заповеди: «И если обеднеет брат твой и придет в упадок у тебя (буквально – «у него опустятся руки»), то поддержи его, пришелец он или поселенец, и будет он жить с тобою. Не бери с него лихвы и роста и бойся Б-га твоего, чтоб жил брат твой с тобой». Ваикра 25: 35-37.
То есть, оказывать «милость» – ниже нашего достоинства. Святой еврейский долг – делиться с ближним, ОТДАВАТЬ ему часть имеющегося, обретенного благодаря Всевышнему.
Хасидский мудрец рабби Хаим из Санца говорил своим ученикам: «Достоинство благотворительности так велико, что я рад подать 100 просящим, даже если лишь один действительно в этом нуждается. Некоторые люди, однако, ведут себя, как будто они могут не подать 100 просящим, на основании того, что один из них может оказаться мошенником».
Подобный подход: «ради одного достойного – сделать благо многим, пусть и лишенным положительных качеств» – свойственен нам и в других областях человеческого бытия, например, не только в сфере благотворительности, но и в применении карательных мер к провинившимся.
Вспомним беседу Всевышнего с Авраамом, пытающимся спасти Содомское сообщество, из главы «Ваера», изучаемой нами на этой неделе. О том, какие мерзавцы там жили, известно из предыдущих годичных циклов изучения нашей главной Книги и останавливаться на этом не будем. Но эта беседа по сей день служит надежным ключом для понимания отношения евреев к принципу коллективной ответственности, принесшему миру много бед и страданий. Когда из-за вины одного или нескольких человек вынуждены страдать все. Иудаизм здесь исповедует противоположный подход:
«… неужели Ты погубишь праведного с нечестивым? Может быть, есть пятьдесят праведников в этом городе? Неужели Ты погубишь, и не простишь места сего ради пятидесяти праведников в нем? Неблагопристойно тебе делать подобное, чтобы погубить праведного с нечестивым и чтобы праведный был, как нечестивый; неблагопристойно тебе это!
И сказал Г-сподь: если Я найду в Сдоме пятьдесят праведников внутри города, то Я прощу всему месту ради них».
В ходе разговора постепенно снижается количество праведников, достаточное, чтобы простить ради них всю грешную общину; Б-г терпеливо соглашается проявить во имя них свое милосердие, пока дело, в конечном счете, не доходит до числа десять – того рубежного количества праведников, которого так и не нашлось среди жителей осужденных на гибель городов.
Другими словами, Всевышний предлагает обратную коллективной ответственности модель поведения: не из-за грешников наказывать других, но, наоборот, во имя заслуг, фактически, нескольких праведников пощадить всю городскую общину, даже погрязшую в грехе. Вот откуда мудрое изречение: «заслугами праведника держится город». То есть, безусловная в практике юриспруденции цивилизованных стран «презумпция невиновности» зиждется на высоко нравственных постулатах Торы и решительно отвергает любые попытки вменить целым народам или этническим, социальным, профессиональным группам людей любые формы ответственности за действия, не совершаемые непосредственно ними.
Конечно, находятся те, кто оценивает содержательную часть приведенной выше беседы, как «торговлю» Авраама с Ашемом по поводу спасения содомитян. Или даже как неповиновение нашего прародителя Всевышнему. Это не так. В торговом мире торгуют товарами. Здесь же мы имеем дело с принципами, которыми уже тысячи лет живет человечество. А принципами, как известно, порядочные люди не торгуют.
Библейское неприятие любого рода нравственных или физических отклонений, полный и безоговорочный отказ от торговли принципами, помогает нам беречь себя и своих близких и не забывать, что двери общины всегда открыты.