Автор Эзра Ховкин

   КЛЯТВА ДЕСЯТИ

   Это было испытанием нервов, провокацией на срыв: под носом у кровавой Лубянки уговаривать столичных еврейских лидеров созвать в Москве совещание раввинов. Ребе делал это и получал в лицо обрывки сердитых фраз: “Это безумие…”, “Никто не приедет”, “Нас арестуют, можете вы это понять?…”

   Переговоры с московскими раввинами продолжались неделю. В конце концов он пригрозил, что соберет совещание сам, на свой страх и риск. Может, струнка честолюбия была задета или еврейская гордость заговорила в подавленных людях, но, наконец, письма были написаны, и ответы типа “Да, приеду” получены. В столицу съехались знатоки Торы из всех больших общин. Совещание длилось несколько дней. Ребе Иосеф-Ицхак изложил свой план возрождения еврейской жизни в пораженной большевизмом стране. Принцип был таков: религиозные учреждения должны финансироваться не автономно, не из пожертвований прихожан, как в доброе старое время, а централизованно. Тогда ешивы и хедеры не будут зависеть от бердичевских или бобруйских состоятельных людей, число которых сильно поубавилось.

   План приняли. Свое сообщество они назвали “Советом раввинов еврейских общин Союза”. Через год Ребе Йосеф-Ицхак был избран его председателем. В иное время нашлись, быть может, и другие претенденты на эту должность. Но в большевистскую годину на этом месте никто другой не мог находиться. Это был кандидат номер один на арест. На процесс. На расстрел.

   Не только плохие новости разносятся быстро. Весть о том, что существует движение за возрождение еврейства в советской России, проникла очень скоро и в Европу, и в Америку. Несколько солидных организаций предложили Ребе Йосефу-Ицхаку свою финансовую помощь. Среди них ортодоксы из “Агудат Исраэль”, французский “Альянс”, американский “Джойнт”.

   Люди из “Агуды” попросили, однако, чтобы Ребе прислал им подробный отчет: кто именно, и в каких городах, и за какую деятельность будет получать денежные пособия. Однако в стране, где ешиву в письмах называют “дровяным складом”, а дети учат с меламедом алефбейс при закрытых ставнях, подобный отчет, отсылаемый за границу, мог обернуться многими арестами. Поэтому Ребе пишет ортодоксам такие строки:

   “Подобное требование показывает, что у вас, руководителей “Агуды”, нет представления, как протекает здесь религиозная жизнь ваших братьев и, в особенности, религиозных организаций. Синагоги забирают у нас силой под клубы, хедеры закрываются, а людей, связанных с Торой и служением Всевышнему, преследуют и судят. Кто это делает? Юнцы, лишенные всякого доброго чувства. Я имею в виду, что нет правительственных постановлений, которые одобряли бы все это. Наоборот, законы разрешают публичное изучение Торы тем, кому исполнилось 18 лет, а маленьким детям родители, по 3-4 семьи вместе, мргут нанять меламеда. Если бы законы эти исполнялись полностью, можно было бы учить Тору, как в былые времена. Но кроме законов страны есть еще “законы города”, а точней сказать, в каждом месте городские власти вольны поступать так, как им представляется нужным. Часто власть -это молодежь с пустыми головами, враги религии. Постоянно рыщут они, чтобы найти какую-то зацепку против евреев Торы. А если она не нашлась, то придумывается ложное обвинение, например, что в ешиве занимаются юноши моложе 18 лет… И они созывают суд, и они же свидетели, и они же обвинители, и они же выносят приговор! Приговор может быть разным. Иногда они довольствуются тем, что посадят меламеда в дом предварительного заключения на несколько дней или недель вместе с ворами и грабителями, а потом под конвоем ведут его в суд и там позорят всячески, объявляют врагом власти, контрреволюционером… Иногда они ограничиваются предупреждением, а иногда приговаривают человека к шести месяцам тюрьмы или к принудительным работам – разгружать вагоны, чистить помойки – и при этом, что будний день, что суббота, для них одно… Вся задача их – опозорить и наказать евреев Торы, чтобы мы испугались и чтобы впредь неповадно было ее распространять…

   После всего перечисленного скажите, могут ли организации по распространению Торы представить подробный отчет о своей работе? Одно лишь поймите: те, кто распространяют здесь Тору, держатся с большим упорством и по-настоящему рискуют головой. Поэтому помогите им без расспросов, так как чистая вера – вот что движет ими…”

   Хочется привести отрывок из другого письма Ребе за границу, где он, не указывая имен и городов, объясняет, на что будет потрачена присылаемая денежная помощь.

   “Из материалов, которые скопились у меня на протяжении года, можно заключить:

   25 раввинов получат 10 долларов (раз в три месяца);

   50 раввинов получат 8 долларов (раз в три месяца);

   50 раввинов получат 5 долларов (раз в три месяца);

   200 меламедов получат 10 долларов в месяц;

   100 меламедов получат 20 долларов в месяц;

   15 меламедов получат 40 долларов в месяц;

   Люди, дающие уроки Торы в синагогах, получат:

   50 человек – по 10 долларов;

   50 человек – по 15 долларов;

   15 человек – по 4.30 долларов;

   5 человек – по 5.50 долларов;

   Помощь в организации и поддержании микв делится на две категории:

   – единовременная,

   – ежемесячная.

   Миквы в местечках находятся в очень плохом состоянии и нуждаются в постоянной поддержке. Опыт показывает, что даже небольшая помощь вызывает у людей в местечках прилив новых сил…

   Единовременная помощь будет включать:

   50 микв получат каждая по 50 долларов;

   100 микв получат в среднем каждая по 25 долларов (напоминаю, что речь идет здесь только о единовременной помощи).

   Ежемесячная помощь включает:

   100 микв будут получать по 10 долларов.

   Я очень прошу от имени тысяч и тысяч евреев, чтобы ответ на это предложение был получен нами как можно скорее. И Всевышний, давший нам Тору истинную и долю в вечной жизни, поможет нам послужить нашим братьям…”

   Ребе Йосеф-Ицхак был превосходным организатором, не по душевной склонности, но в силу необходимости, отцовского воспитания и редкой упорядоченности мысли. Он держал в уме “карту” еврейских проблем России, Украины, Белоруссии. Он не забыл, например (а ведь каждое письмо – риск!), попросить о денежной помощи пяти раввинским дочкам-бесприданницам. Ребе не пытался просить много. Но он просил для многих. Его план постепенно начинал обретать плоть: миквы ремонтируются, хедеры открываются, голоса мудрецов Талмуда отдаются эхом в синагогах.

   Если б не доносили…

   Ребе устроил встречу старых выпускников ешивы “Томхей тмимим”. Тяжелый вопрос: во многих местах меламеды хедеров вынуждены отказаться и от работы, и от денежной помощи, потому что им угрожают арестом. Как тут быть? Настаивать, чтобы они продолжали, или есть другой выход? В конце концов 70 тмимим согласились выехать в опасные точки и занять места тех, кто отступает. Ребе писал потом о них: “Самоотверженность русских евреев в те годы вызывает удивление… Они совсем не думали о себе, они были готовы ко всему. Не так они боялись ареста, как того, что занятия прервутся. Единственное вознаграждение, которое они просили, заключалось в том, чтобы им дали возможность прокормить самым скромным образом жену и детей.”

   У этого плана, осуществлявшегося с таким размахом, было некое тайное ядро. В 1922 году в Москве собрались девять хасидов, бывших тмимим, хотя вообще это слово не терпит прошедшего времени… Они поклялись друг другу обучать евреев Торе, пренебрегая опасностью, до последнего вздоха. Десятым в их компании был сам Ребе.

   Танцуйте, хлопцы, здорово, Не жалейте лапти… Если стары порваты, Батько новы купиты…

   Так пели хабадники.

   БУДУТ НЕМЕДЛЕННО АРЕСТОВАНЫ

   Город Конотоп. 1922-й год. Еврейские коммунисты, призвав на помощь своих русских и украинских товарищей, пытаются обезглавить свой народ, отнять у него Тору. Перед нами типичный “антихедерный” указ, любопытный своей наивной подлостью…

   “В соответствии с постановлениями по поводу отделения религии от государства и также по поводу церковных школ и ввиду повторного требования еврейской секции областного отдела народного образования от 2.8.1922 по поводу закрытия хедеров и других религиозных школ исполком постановил:

  1. Немедленно прекратить преподавание во всех хедерах, даже если родители уже внесли плату вперед.
  2. ГПУ должно прибегнуть к самым энергичным мерам, чтобы на практике осуществить этот указ.
  3. Лица, которые не подчинятся этому указу, как, например, такие, которые оказывают денежную помощь хедерам и другим религиозным школам или предоставляют им помещения, будут немедленно арестованы и предстанут перед судом.

   Председатель исполкома: Ярмошенко

   Заведующий отделом народного образования: Смоловик

   Заведующий евсекцией: Левин”

   А вот отрывки из письма, где говорится, как этот указ осуществлялся:

   “…Ученик ешивы Михал, 28 лет. Лазарь Левин со своими людьми искал его в ешиве, но не нашел и пошел к нему домой. Лазарь потребовал, чтобы Михал пошел с ними, но тот не захотел. Тогда они зверски избили его, переломив палку о его спину, и поволокли в тюрьму. После этого Михал попал в больницу и там скончался.”

   “Десять учеников ешивы были задержаны и доставлены милиционерами в тюрьму. Там, в камере, уже были другие ученики. Через какое-то время, когда юноши стали молиться, на них набросились красноармейцы, сбили с ног, начали избивать. Только вмешательство других заключенных помогло их спасти…”

   “Один юноша по имени Шломо Гехтер был доставлен в тюрьму, избит, а после этого его поставили к стенке и пригрозили, что расстреляют. В результате он заболел нервным расстройством…”

   “Ошер Моргенштерн, 20 лет, был поставлен к стенке. Ему пригрозили расстрелом, если он не оставит изучение Талмуда и религиозных наук…”

   “Комиссар приставил револьвер к груди Давида Дишевского, а потом начал унижать и избивать его…”

   “Все эти юноши находятся сейчас в больнице…”

   Доносили гоям на своих, издевались над братьями, топтали свое семя, собственную судьбу… Отделяли евреев от Торы, отдирали с кровью.

 

Продолжение следует